Наблюдаю латвийскую жизнь в окошко телевизора (из моего тюремного окна видна только белая кирпичная стена). Название для такой жизни давно придумано: скромное обаяние буржуазии. Ничего прекрасного и ничего ужасного – скучный ровный пейзаж. Раньше его оживляли темпераментные акции нацболов, а теперь жизнь словно застыла. Маски вместо живых лиц. Аккуратно подстриженный газон, травинка к травинке. Только криминальная хроника иногда разбавляет эту пресную кашу.
Конечно, телевизор выдает приглаженную реальность. Но именно приглаженную, а не на 100% лживую. Правду сквозь телекартинку увидеть можно. И эта правда наводит на меня тоску. Как будто я чужой, инопланетянин. И мне не понять земные переживания людей. Смысл жизни – улучшение условий жизни? А в чем тогда смысл улучшения условий жизни? Чтобы дети жили лучше? А дети детей еще лучше? Нет, эта логика мне чужая.
…А ведь этот край, Прибалтика, всегда бурлил пассионарностью. Правда, выплескивалась она не здесь, а за пределами края.
В 18-19 вв. Прибалтика (Курляндия+Лифляндия+Эстляндия) была главным поставщиком военных и гражданских администраторов для Российской империи. Как в XX веке стало модным на русских кухнях обсуждать тему "еврейского засилья" и пересчитывать по головам реальных и мнимых евреев в руководстве страны, так в предыдущих столетиях была актуальна тема "немецкого засилья". Я впервые заметил это, прочитав в школе "Войну и мир". Если отвлечься от всех амурных хитросплетений романа, то что остается в сухом остатке? Русские, воюющие по-русски, начистили рыло французам, а немцы, воевавшие по-немецки, только путались под ногами и мешали побеждать. Все немцы на русской службе изображены насмешливо, такими немного придурками.
Однако факт остается фактом: больше двух веков эти "придурки" - балтийские немцы (остзейцы) скрепляли хребет Империи своей дисциплинированностью, "орднунгом" и преданностью династии. Большинство из них были честными и предсказуемыми служаками, в этом было их преимущество в глазах царей и цариц. Не все остзейцы были потомками рыцарей Ливонского ордена, за века произошло естественное смешение, но дух ордена жил в них. Проявляясь как в сохраненных понятиях о рыцарской чести и верности, так и в холодной жестокости, в надменном отношении к "низшим" народам и классам, и в склонности к мистицизму, подчас запредельному. Барон Унгерн появился не на пустом месте.
Остзейцы отличились не только на российской службе. В XVIII веке не было европейской армии, в которой бы не служили балтийские немцы. Историки насчитали двадцать одного фельдмаршала и более трехсот генералов.
Мне нравится один из старых девизов остзейского рыцарства: "Служить мечом Господу всюду, куда не забросит Судьба".
История "немецкого засилья" в России закончилась в 1917 году. (Конечно, немцев потеснили с должностей уже в 1914-м, когда началась Первая мировая война – воевали-то с Германией). Мне неизвестен ни один генерал или старший офицер из балтийских немцев, воевавший в Гражданскую на стороне красных. Вероятно, были и такие, но ничтожно мало. Для потомков рыцарства служба стране была службой династии. После крушения монархии некоторые продолжили "свою" войну, как барон Унгерн или – не с таким вселенским размахом – фон дер Гольц в Прибалтике. Революционная волна, смывшая остзейцев, вознесла на верхние этажи государственной власти в России их земляков и яростных противников – латышей.
Если теме еврейского участия в российских революционных партиях, в Октябрьской революции и в создании СССР посвящены мегатонны книг и статей, то красные латыши такого грандиозного внимания не удостоились. А ведь это удивительно, что такой маленький народ произвел столько талантливых мятежников, профессиональных революционеров. Многие из них стали впоследствии крупными администраторами в CCCР.
Это был креативный период в истории государства. Потому что возглавляли его не стерильные бюрократы, а креативные люди, способные создавать НОВОЕ. Когда говорят, что Ян Берзин создал ГРУ, а Екаб Алкснис – советские ВВС, то так оно в значительной степени и было. Не просто подпись начальника под резолюцией…
Одним из непосредственных руководителей Октябрьского переворота был Латыш Ивар Смилга, он же – член Реввоенсовета, т. е. военный комиссар на главных фронтах Гражданской войны. Поддержав Троцкого во внутрипартийных распрях, он был отодвинут с крупных постов. Уже находясь в тюрьме НКВД, получил предложение от Сталина "сыграть шпиона" на одном из московских показательных процессов (как Зиновьев, Бухарин и другие бывшие вожди) – в обмен на жизнь для себя и свободу для родственников. Отказался: "Расстреливайте сразу". Избежал позора.
Дореволюционные биографии некоторых латышей-большевиков по остросюжетности не уступают авантюрным романам. Будущий глава ГРУ и фактический командующий республиканскими вооруженными силами в Испании, Ян Берзин дважды приговаривался царским судом к смертной казни. Не помню всех деталей (а уточнить негде), но, если не ошибаюсь, первый смертный приговор был отменен из-за несовершеннолетия приговоренного. А второй раз Берзин спасся чудом: при исполнении приговора был ранен, а не убит, и выбрался из-под горы трупов…
Из Испании, уже в зрелом возрасте и больших чинах, как и положено в авантюрном романе, вывез молодую красавицу-испанку и женился на ней…
Екаб (Яков) Петерс известен благодаря пресечению деятельности резидента британской разведки Локкарта в 1918 году. Это не было дутое "шпионское дело" в стиле 30-х годов. Локкарт, впоследствии вернувшись в Англию, в своих мемуарах подтвердил факт готовящегося заговора.
Между революциями 1905 и 1917 гг. Петерс жил эмигрантом в Англии, где стал одним из вожаков британских анархистов. Участвовал в самых рискованных акциях. Знакомство с племянницей Черчилля (того самого, Уинстона) спасло его от ареста…
На государственной службе латыши были честными, жестокими, исполнительными. Видимо, унаследовали менталитет своих угнетателей, своих врагов-учителей – балтийских немцев. Крови пролили немало – и чужой, и своей. В середине 30-х, в разгар репрессий, около 15% генералов и старших офицеров госбезопасности были латыши; цифра сама за себя говорит. Печально знаменитую "кулацкую операцию", унесшую жизни более полумиллиона людей (в основном, крестьян), когда казнили и сажали не за преступления, а просто подгоняли число жертв под плановые цифры, спущенные из Москвы, и еще каждый регион стремился отличиться, перевыполнить "план", - так вот, эту чудовищную операцию инициировал своим письмом в ЦК тогдашний главный партийный начальник Западной Сибири латыш Роберт Эйхе.
Балтийские немцы управляли делами империи два столетия, латыши – двадцать лет (1917-1937). Почти все сгинули в "чистках" 30-х годов.
Сегодняшние латыши почти ничего не знают и не хотят знать о красных латышах. Это заблудшее колено вычеркнуто из национальной памяти. Слишком стала невыгодна ассоциация с большевизмом и Россией. Хотя это глупо, конечно. Отказываться от великих и ужасных предков глупо. Чтобы поддерживать нацию в тонусе, надо, чтобы за спиной маячили, проступая силуэтами из смертной тени, фигуры мирового масштаба. Иначе мельчает национальный характер.
Ну и третья пассионарная балтийская волна – евреи. Без преувеличения можно утверждать, что государство Израиль создали своим потом и кровью выходцы из Латвии, Литвы и Польши. Среди наиболее отличившихся участников антибританского сопротивления и первых арабо-израильских войн выходцев из Прибалтики и Польши абсолютное большинство. В Даугавпилсе был создан и базировался в 30-е годы тот самый знаменитый "Бейтар", о котором сочинено столько околесицы, и которым наиболее махровые антисемиты пугают детей. (На самом деле, "Бейтар" - молодежная организация, созданная для подготовки еврейских парней и девушек к трудной жизни в Палестине. Еще до начала Второй мировой войны "бейтаровцы" выехали из Латвии в Палестину).
Государство Израиль, в отличие от государств – "детей Версаля" (не всех, но многих), не было подарено евреям на блюдечке, оно было отвоевано в войне на два фронта – с Англией и арабами. Создать свое государство "с нуля", во враждебном окружении, и отстоять его – для этого нужна железная воля и бешеная энергия. Вдохновляющий пример для всех гонимых наций, партий…
Несколько столетий Прибалтика была роддомом пассионариев. Те, кто искал идеального служения и рискованной жизни, неизбежно покидали этот край. И творили свои судьбы и судьбы целых народов, и даже судьбы мира – на большой исторической сцене. А те, кто оставался дома, занимались улучшением быта, благоустройством территории. И отчасти даже преуспели в этом. Каждому свое.
Текст написан в Центральной рижской тюрьме, 8 июня 2008 года
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
